Известно, что ощущения составляют простейший элемент отражения в человеческом мозгу объективной действительности формы вещества, формы движущейся материи отражаются в мозгу прежде всего в виде ощущений определенной модальности. Из ассоциаций и переработки бесконечного и разнородного множества ощущений возникают более сложные виды отражательной деятельности. Ощущения как элемент познания и сознания человека, обусловленный воздействием движущейся материи на органы чувств, анализаторы в целом - разносторонне изучены физиологией и психологией. Со времени И. М. Сеченова эти науки стали учитывать также роль ощущения в деятельности человека, так как с открытием мышечного чувства эта роль обнаружилась в самых разнообразных движениях опорнодви-гательного, рабочего и артикуляционного двигательных аппаратов организма.
Поэтому ощущения рассматриваются современной наукой не только как источник сознания, но и как источник деятельности, поскольку от афферентации движений зависит их структура и произвольный характер.
Благодаря ощущениям человек непосредственно, "чувственно" отражает качество и интенсивность воздействия предметов и явлений внешнего мира. Соответственно этому в психологии указывается на две характерные особенности всякого ощущения, а именно - качество данного ощущения и его интенсивность. Эти особенности каждого ощущения связаны с определенной модальностью данного ощущения, а именно природой его приспособления к определенной форме движения материи. Итак, ощущения определяются по их модальности, качеству и интенсивности. По модальности ощущения всегда относятся к какой-либо одной из форм отражения, к деятельности одного из анализаторов. Так, ощущение может быть по своей модальности или зрительным, или слуховым, или обонятельным, или вкусовым и т. д. Универсального внемодального ощущения, как известно, не существует. Восприятие же как более сложная форма чувственного отражения есть продукт ассоциации, взаимодействия одноименных (интрамо-дальных) или разноименных (интермодальных) ощущений, в основе которых лежит условный рефлекс на комплексный раздражитель (предмет с различными оптическими, звуковыми, химическими, механическими свойствами).
Итак, известно, что ощущения отличаются друг от друга своей модальностью. Но в пределах одной модальности ощущения отличаются друг от друга качеством. Так, зрительные ощущения отличаются качеством в виде цветового тона (ощущение красного или фиолетового цвета, зеленого или синего и т. д.). Наконец, в пределах одного качества (например, в ощущении красного цвета) отличаются своей интенсивностью (большей или меньшей светлотой, большей, или меньшей насыщенностью). Так, в понятии ощущения выделяются признаки от наиболее общего (модальность) к менее общему (качество) и наименее общему (интенсивность) в характеристике данного ощущения. Все эти особенности модальности, качества, интенсивности подчеркивают своеобразие отдельного чувственного впечатления в неисчислимом множестве ощущений, отражающих многообразие и своеобразие явлений внешнего мира.
Различение имеет место при дифференцировке малых разностей раздражителей по их качеству и интенсивности, т. е. в пределах одной модальности ощущений, отражающих единую природу данной формы движения материи.
В психологической литературе обычно указывается, что ощущения, кроме качества и интенсивности, характеризуются также и различной длительностью. Иначе говоря, подчеркивается наличие в каждом чувственном впечатлении временного компонента. Мы имеем основание полагать, что и эта черта ощущения еще не исчерпывает определенности отдельного ощущения. Несомненно, что каждое ощущение любой модальности, качества и интенсивности, а также длительности характеризуется и определенным пространственным компонентом.
Показано, что процесс выработки и дифференцировки условных рефлексов с интерорецепторов существенно отличается от аналогичного процесса образования и дифференцировки условных рефлексов с анализаторов внешней Среды. Интерорецептивные безусловные и условные рефлексы непосредственно связаны с процессами жизнедеятельности организма, сигнализируя в мозг об этих процессах, а на этой основе - способствуя корковой регуляции процессов, происходящих во внутренней среде организма. С открытием нового класса анализаторных реакций - интерорецептивных сигнализаций стало возможным рассматривать ощущения как необходимый элемент жизнедеятельности, непосредственно связанный с основными материальными потребностями организма.
В настоящее время необходимо учитывать многообразие тех функций, которые выполняют анализаторы, существенным звеном и продуктом которых являются ощущения. Если раньше ощущения рассматривались только как элемент познания и сознания, как источник умственного развития, то теперь мы имеем возможность рассматривать их так же, как элемент деятельности - поведения и как необходимый компонент всего процесса жизнедеятельности. В этом смысле не будет преувеличением считать ощущения универсальным источником всего развития человека. Современная рефлекторная теория позволяет понять соотношение всех сторон в чувственной основе развития человека. Ведущим моментом в этой основе является дробный анализ внешних воздействий - "образы движущейся материи", определяющие характер афферентации движений и внутренних процессов организма.
Ощущения, следовательно, связаны с отражением, поведением и жизнедеятельностью человека, т. е. будучи элементом каждой из этих сторон жизни человека, выражают ее в целом. Поэтому становится возможным изучение связи ощущений с потребностями, являющимися первичной и самой общей формой внутренних побуждений человека к деятельности.
Экспериментально доказано, что в процессе различения и узнавания перестраивается чувствительность, и эта перестройка идет по типу условнорефлек-торных связей.
Не случайно, однако, большинство исследований так называемых сенсорных условных рефлексов установило это в отношении зрения с его наиболее дифференцированным и пластичным корковым аппаратом. Однако со значительно большим, числом сигнальных сочетаний значительно медленнее, но все-таки возможно образование сенсорных условных рефлексов и в контактной чувствительности (кожной) на инадекватные раздражения.
Наиболее сложным моментом в анализе этих условно-рефлекторных механизмов чувствительности, особенно дистантной, является несовпадение, а подчас и противоречие сенсорных и моторных механизмов поведения.
Вопрос о движении и ощущении, их сопряженном развитии, взаимной стимуляции и противоречиях, конечно, является одним из основных в генетической психологии. Трудно, если не невозможно, решать вопрос о том, когда возникает ощущение вообще, безотносительно к тому, каков тип приспособления животных, их нервной организации и особенно специализации нервных функций в отношении движений и ощущений.
Если на самых низших ступенях эволюции эта специализация выражается в возникновении и развитии кожной и интероцептивной чувствительности с одной стороны, грубой моторики с другой, то в ходе эволюции эта специализация выразится в росте проприоцептивной и дистантной чувствительности, преобразующей самую кожную чувствительность, с одной стороны, - в формировании сложных дифференцированных моторных систем, с другой стороны.
Можно думать, что самая моторная дифференцированность поведения является следствием эволюции чувствительных систем и особенно дистантных, среди них - в первую очередь зрения.
Существует два рода фактов, которые свидетельствуют о зависимости моторного развития от сенсорного, не говоря уже об основном факте - самом механизме рефлекса. Это, во-первых, зависимость типа движений от уровня афферентации (Н. А. Бернштейн) и это, во-вторых, все возрастающая зависимость непосредственного двигательного контакта от сигнальной предваряющей деятельности дистансрецепторов.
Исключительный интерес представляет исследование Р. Я. Абрамович-Лехтман, которая, изучая развитие действий на первом году жизни ребенка, установила, что в едином процессе сенсомоторного развития ребенка в разные моменты развития разные стороны деятельности играют ведущую роль (тактильное ощущение, произвольность движений, дистантные анализаторы). Однако по ее данным оказалось, что в самые первые месяцы такой решающей стороной является моторное торможение на дистантный раздражитель.
Это моторное торможение является условием специальной дифференцировки слуха и зрения, на основе которых перестраивается тип движения, превращающийся в предметное действие.
Как все дистансрецепторы, так и кинестезия конечностей симметричны. Парность этих чувствительных систем прямо указывает на их интимнейшую связь со взаимодействием обоих полушарий. Между тем, есть основание думать, что фактор симметрии в строении дистансрецепторов и асимметрии в их функциональном строении ("ведущий глаз", "ведущее ухо") имеет общее значение. Так, например, изучая механизм прицельной способности глаза, А. Г. Литинский установил связь "ведущего глаза" с ведущей рукой.
В физиологии органов чувств и психофизике, пользуясь субъективными показаниями испытуемых лиц, полагают, что само по себе субъективное переживание какого-то воздействия на орган чувств всегда и есть ощущение.
Между тем современное состояние психологии и физиологии органов чувств позволяет в настоящее время рассмотреть условия, при которых бесспорно наличие чувствительности, но спорно наличие ощущения.
Такими условиями являются следующие факты:
а) возможность субъективного переживания, функционального изменения органа чувств при действии на него инадекватного раздражения;
б) возможность субъективного переживания функционального изменения действующего органа чувств при одновременном действии побочных раздражений;
в) возможность сложных субъективных переживаний при последствии раздражений, т. е. динамики последовательных образов.
Во всех этих случаях субъективные состояния не переходят в форму образа действительности и, являясь источником знания для исследователя, не являются знанием для переживающего.
Переживания становятся знаниями, образами, изображениями объективно существующих предметов и их свойств лишь при адекватном соотношении чувствительности анализатора и воздействующего на него предмета. При действии побочных раздражений чувствительность сенсибилизируется, однако далеко не всегда это повышение чувствительности сознается самим человеком.
Рассматривая ту или иную рецепцию в ее взаимодействии с другими рецепциями, мы также убеждаемся в том, что чувствительность может возрастать, но знания могут оставаться на том же уровне.
Нам представляется, что чувствительность есть психофизиологическая функция анализатора, выражающая его состояние в форме субъективных сигналов и переживаний. Эти состояния возникают при любом возбуждении анализатора, не только адекватном, но и инадекватном и побочном.
Ощущение возникает на основе чувствительности, при определенном ее уровне и при определенной форме динамики. Однако для образования ощущения как знания, образа, изображения свойства предмета необходимо адекватное соотношение органа и предмета, причем именно предмет, а не состояние органа образует содержание ощущения. Это адекватное соотношение у человека определяется предметным характером его деятельности и неразрывным единством ощущения и мышления, следовательно, все возрастающей ролью синтетической деятельности коры головного мозга в различительной деятельности отдельного анализатора.
Ощущения человека есть факт сознания. Уже в этом начальном и исходном факте сознания обнаруживается процессуальность познавательной деятельности, процессуальность становления адекватного образа действительности. В этом свете заново переосмысливаются установленные ранее в психометрии факты "ступенчатости" или "фазности" ощущения.
Ланге экспериментально доказал, что в действительности так называемая простая реакция есть движение в ответ на простой, качественно еще не дифференцированный "толчок в сознании". Ланге установил природу этого "толчка в сознании", являющегося первой фазой ощущения. Ланге прямо отличает сенсорную реакцию, как он называет этот "толчок в сознании", от ощущения и восприятия в целом.
С сенсорной реакции, с этой субъективной сигнализации лишь начинается процесс ощущения. Этот "толчок в сознании" или сенсорная реакция выражается в неопредмеченном, несоотнесенном переживании "нечто" субъективного в сознании. Сенсорная реакция сменяется, как экспериментально показывает Ланге, отражением качества раздражения, Отнесением чувствительности к конкретным свойствам предмета. Это фаза, которую можно было бы обозначить субстантивной.
Наконец, последующие фазы ощущения являются актами наглядного пред-икатирования. Каждый последующий момент ощущения выступает в роли предиката по отношению к предшествующему.
Единство простого ощущения и восприятия в развивающемся чувственном процессе установлено в настоящее время в отношении всех видов ощущений, отражающих внешний мир и положение организма в нем. Особенно интересны данные, касающиеся пространственной динамики хроматического и ахроматического зрения, слуха, вкуса и кожной чувствительности, вполне подтверждающие это положение.
Нам представляется, что речь в данном случае идет именно об ощущении, как психическом процессе, основанном на чувствительности, а не просто о сенсорной реакции, с которой начинается ощущение, всегда являющееся тем или иным опредмечиванием чувствительности. Но познание в ощущении качества предмета есть не только отражение данного качества единичного предмета, но и общего в качестве предметов данной формы движения материи. Это общее в единичном составляет столь же существенный момент в процессе ощущения как и единичное в общем в процессе мышления. Диалектический переход от ощущения к мысли имеет место не только в историческом процессе познания, но и в индивидуальном процессе сознания.
Важно при этом подчеркнуть, что ощущения являются источниками мышления не только в том смысле слова, что, когда кончается чувственный акт, начинается логический, но и в том смысле слова, что уже в самом чувственном процессе различения происходят сравнение, анализ, индукция, т. е. формируются механизмы мышления.
Совершенно особое значение в понимании данной проблемы имеет изучение процесса развития мышления на ограниченной сенсорной основе при включении слуха и зрения (у слепоглухонемых детей). Работы А. В. Ярмоленко показывают как возможность образования общих представлений на основе кожной, вибрационной, обонятельной, вкусовой чувствительности, так и роль речи в преобразовании характера ощущений и овладении логическими формами мышления. Однако между ощущением и мышлением есть ряд переходов - единичные и общие представления.
Целый ряд экспериментально-психологических исследований, вышедших ранее из отдела психологии Института мозга им. Бехтерева, раскрыл механизмы опосредствования самих ощущений представлениями, вторичными образами.
Недостаточно ясным пока еще является вопрос о соотношении общих представлений и понятий. Известно лишь одно, что в процессе овладения понятиями как историческими категориями через язык перестраивается система единичных и общих представлений, а через них - ощущения и динамика чувствительности. Экспериментально доказанные факты роли так называемой апперцепции в восприятии, узнавании, воспроизведении и т. д. служат достаточным примером обратного влияния мысли на ее сенсорную основу.
В современной психологии достаточно приведено оснований для различения движения и действия; остается лишь подчеркнуть, что движение становится действием опосредствованно, через предмет, и действие является прежде всего опредмеченным движением.
Из исследований следует, что кинестезия и зрение являются формами афферентации движений, подготавливающими возможность подобного рода опредмечивания. Этот факт динамики ощущений в связи с характером практической деятельности еще недостаточно изучен. Между тем его понимание имеет большое значение для анализа индивидуально-типических особенностей сенсорного развития и, что особенно важно, для понимания процесса овладения человеком собственными сенсорными возможностями.
Сообщения
